Мой римский цезарь

— Может, твоим женщинам этого и достаточно было от тебя. Но мне этого мало, — с горечью выдохнула я. — Думаю, тебе лучше уйти. Ахмад прошел мимо меня к пустовавшему дверному проему и, задержавшись на секунду, не оборачиваясь, произнес: — Мое предложение будет в силе ровно семь дней. Если передумаешь, ты знаешь, где меня найти. Я слышала, как он быстро сбежал по лестнице, поднял упавшую вешалку и вышел. Звук захлопнувшейся двери эхом пронесся по дому. С его уходом пространство вокруг опустело. Ахмад был как огонь, который мог и обжечь, а мог подарить свет и согреть. Мое сердце словно сдавили тисками. Я знала, что никогда не соглашусь на это унизительное предложение, также как и то, что ничего другого он не предложит.