День не задался

Времени на раздумья у него не было. Только выровнять «ишака», развернуться и атаковать. Здесь не имеет значения, из какого ты времени: на хвосте три «мессера», и надо выжить, а ты — летчик-снайпер и генерал-лейтенант, но «зигзаги» остались в будущем, и у него два кубаря на петлице, и «чужое» тело. В бой он вступил над Кингисеппом и победил. Он порылся в карманах, и нашел чужой комсомольский билет и обрел имя. А опыт у него был, и большой. Он не прорывался к Сталину, размахивая новейшим ноутбуком и потрясая всех знанием, что будет, если к нему не прислушаются. Он сорвал налеты на Кронштадт и начал комплектовать и обучать «свою» эскадрилью, потом полк, потом армию. В общем, делал то, что хорошо умел делать в другом времени. Он получил позывной «Четвертый», по номеру своей эскадрильи в полку. Так и пронес этот позывной через всю войну и всю жизнь.